Gosh100 (gosh100) wrote,
Gosh100
gosh100

Categories:

Крепостная Россия - 2 (срыв покровов)

В комментах про крепостных олигархов всплыли дополнительные темы/вопросы, которыя я по пунктам здесь раскрою.

1) Часть комментаторов откуда-то взяла что я чуть ли не идеализирую систему крепостного права.
Хотя вроде прямым текстом написано об опровержении советских мифов и сравнении с советской системой.
Эта дислексия прекрасна: а если я скажу что алкоголь не так вреден, как героин -  они набегут с криками "ах ты алкаш проклятый, ты что не знаешь как люди спиваются, ты что, доказываешь, что бухать это хорошо???"

Впрочем, кто-бы сомневался в интеллектуальных способностях любителей мертового совка.
Так вот дисклеймер: нет никаких сомнений в том что крепостное право было тормозом развития и дикостью, а  свободные люди гораздо эффективнее работают и творят. Вот только такой свободой и не пахло в СССР, особенно сталинских времен - когда рабства было гораздо больше чем в самый разгул крепостничества в России. Были времена когда советским колхозникам и рабочим и не снились права и свободы крепостных крестьян дореволюционной России.

2) Внезапно часть комментаторов даже с претензиями на знание истории оказалась не в курсе, что крепостных крестьян была не такая уж большая доля в населении России. На 1857 год - 34%, по данным последней 10 ревизии, пишет историк Ключевский в "Курсе русской истории".
Даже  в 18-веке, на пике крепостничества - не более 53%.

3) Конечно же всплыли какие-то нелепые выдумки про извергов-помещиков, якобы замучивших миллионы бесправных крепостных. Все они растут из одного единственного факта - истории с Салтычихой, психопатки-убийцы, которая была осуждена за убийство 38 крепостных на пожизненное заключение. Ее очень долго не могли вывести на чистую воду, и из этого обличителям царизма делается "логический" вывод что подобное обращение, пусть и в меньших масштабах было нормой для крепостной России. Логика конечно - блеск.
То есть, если депутат-единорос Сергей Цеповяз из Кущевки был в банде, которая 10 лет насиловала девушек и убивала местных жителей - то по их логике выходит в ГосДуме девушкам лучше не появляться: по коридорам там бродят сплошные насильники и убийцы.  

На самом деле, крепостные имели законное право жаловаться на помещиков местным властям, и они активно этим правом пользовались. При этом подавляющее число претензий касалось слишком больших оброков или избыточной барщины. И таких помещиков незамедлительно наказывали. О том, чтоб безнаказанно и по своей прихоти пытать/убивать крестьян - в России и речи идти не могло:
Соборное Уложение 1649 г. разделяет меру ответственности помещика за неумышленное и предумышленное убийство крестьянина. В случае неумышленного убийства (в драке) дворянин подвергался тюремному заключению до специального распоряжения царя. При предумышленном убийстве крестьянина виновного казнили, независимо от социального происхождения.11 В правление Елизаветы Петровны, когда смертная казнь в России была фактически отменена, дворян, виновных в смерти своих крестьян, обычно отправляли на каторгу.

Надо также понимать, что обычный русский дворянин-помещик 19-ого века был набожным, культурным и воспитанным человеком. И был он скорее всего почеловечнее и поинтеллигентнее, чем большинство тутошних интернетных любителей мертвого совка, бредящих про зверства русских помещиков и мечтающих о возвращении Сталина.

Конечно изверги и изредка встречались в любых слоях населения. И в русской истории зафиксировано несколько случаев, когда помещиков ссылали на каторгу за жестокое обращение с крепостными. Самое интересно что были и обратные случаи - когда крестьяне убивали или даже пороли (sic!) зарвавшихся помещиков. И еще неизвестно в чью пользу счет. ;)
Но в любом случае все это очень далеко от нормы.

4) Особо порадовали виртуальные любители русских классиков, которые невнятно стали кивать в сторону книжных полок (цитат впрочем не приводя). Мол, читайте Пушкина - там все есть про ужасное положение крепостников.

Правда? Ок, берем статью Пушкина "Путешествие из Москвы в Петербург". Читаем:
----------------------------------------------------------
Фонвизин, лет за пятнадцать пред тем путешествовавший по Франции, говорит, что, по чистой совести, судьба русского крестьянина показалась ему счастливее судьбы французского земледельца. Верю. Вспомним описание Лабриера;* слова госпожи Севинье еще сильнее тем, что она говорит без негодования и горечи, а просто рассказывает, что видит и к чему привыкла. Судьба французского крестьянина не улучшилась в царствование Людовика XV и его преемника...

Прочтите жалобы английских фабричных работников: волоса встанут дыбом от ужаса. Сколько отвратительных истязаний, непонятных мучений! какое холодное варварство с одной стороны, с другой какая страшная бедность! Вы подумаете, что дело идет о строении фараоновых пирамид, о евреях, работающих под бичами египтян. Совсем нет: дело идет о сукнах г-на Смита или об иголках г-на Джаксона. И заметьте, что всё это есть не злоупотребления, не преступления, но происходит в строгих пределах закона. Кажется, что нет в мире несчастнее английского работника, но посмотрите, что делается там при изобретении новой машины, избавляющей вдруг от каторжной работы тысяч пять или шесть народу и лишающей их последнего средства к пропитанию... У нас нет ничего подобного. Повинности вообще не тягостны. Подушная платится миром; барщина определена законом; оброк не разорителен (кроме как в близости Москвы и Петербурга, где разнообразие оборотов промышленности усиливает и раздражает корыстолюбие владельцев).

Помещик, наложив оброк, оставляет на произвол своего крестьянина доставать оный, как и где он хочет. Крестьянин промышляет чем вздумает и уходит иногда за 2000 верст вырабатывать себе деньгу... Злоупотреблений везде много; уголовные дела везде ужасны.

Взгляните на русского крестьянина: есть ли и тень рабского уничижения в его поступи и речи? О его смелости и смышлености и говорить нечего. Переимчивость его известна. Проворство и ловкость удивительны. Путешественник ездит из края в край по России, не зная ни одного слова по-русски, и везде его понимают, исполняют его требования, заключают с ним условия. Никогда не встретите вы в нашем народе того, что французы называют un badaud <см. перевод>; никогда не заметите в нем ни грубого удивления, ни невежественного презрения к чужому. В России нет человека, который бы не имел своего собственного жилища. Нищий, уходя скитаться по миру, оставляет свою избу. Этого нет в чужих краях. Иметь корову везде в Европе есть знак роскоши; у нас не иметь коровы есть знак ужасной бедности. Наш крестьянин опрятен по привычке и по правилу: каждую субботу ходит он в баню; умывается по нескольку раз в день... Судьба крестьянина улучшается со дня на день по мере распространения просвещения... Благосостояние крестьян тесно связано с благосостоянием помещиков; это очевидно для всякого. Конечно: должны еще произойти великие перемены; но не должно торопить времени, и без того уже довольно деятельного. Лучшие и прочнейшие изменения суть те, которые происходят от одного улучшения нравов, без насильственных потрясений политических, страшных для человечества...
-----------------------------------------------------------

Подобные вещи можно встретить также у Тургенева, Достоевского,

5) Кстати, что касается непосильного рабского труда крепостных:

Выдержка из хорошей статьи А Горянина "Загадки крепостного права":
Поражают невысокие цифры трудозатрат в дореформенном сельском хозяйстве. Обобщив огромный цифровой материал, Б.Н. Миронов установил, что общая продолжительность труда взрослых барщинных (!) крестьян составляла в первой половине ХIХ века около 1350 часов в год, из них половина на барщине, половина на себя (Б.Н. Миронов. Социальная история России, 3 изд., т. 1. – СПб., 2003, – С. 400). Оброчные крестьяне трудились на помещика, понятное дело, еще меньше. Даже современный служащий, и тот проводит на работе свыше 1800 часов в год. А уж о сравнении с трудом американских рабов на плантациях нечего и говорить – те трудились, как установили американские историки из Гарвардского университета Р. Рэнсом и Р. Сатч (их цитирует Б.Н. Миронов), от 3055 до 3965 часов в год. (Иногда уверяют, что в США собирали три урожая в год, отсюда и трудозатраты рабов. Это не так. До отмены рабства ни одна из культур не давала и двух урожаев в год. Лишь в конце XIX века два урожая начали снимать во Флориде.)

Общее число нерабочих дней в году у российских крестьян достигло в канун реформы трудно постижимой цифры – 230. На работу оставалось 135 дней. Дело было в обилии праздников, церковных и народных. «Свадьбы, никольщины, закоски, замолотки, засевки, отвальные, привальные, связывание артелей, и пр. и пр.» – перечисляет А.Н. Энгельгардт («Письма из деревни»). Народ и сам чувствовал, что перебарщивает с досугом: «Пришел сон до семи сел, пришла лень до семи деревень».


Резюме: Крепостная Россия 19-века, не будучи конечно идеалом общественного устройства, и при всем ее постыдном рабстве - была тем не менее гораздо более свободным и справедливым обществом, чем тот же сталинский СССР, и предоставляла гораздо большие возможности для социального подъема своим гражданам.
Как минимум, потому что даже директор сталинского завода или министр оставался все тем же бесправным рабом, которого могли в любой момент расстрелять или отправить в лагерь валить лес по доносу, без суда и следствия. По прихоти главного усатого рабовладельца или его подручного.
Tags: Россия, история
Subscribe
promo gosh100 march 21, 2015 09:11 134
Buy for 30 tokens
Лабораторная работа по прессокубизму Было - стало. 42 года, рост 182, вес 81 кг. Такая трансформация потребовала в сумме около 4-х месяцев тренировок. И смены стиля жизни во всех отношениях Теоретическая часть Материалы и оборудование Методика тренировок Для вступления снова немного…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 92 comments